Я ухожу в осеннюю аллею,
Бреду неспешно, листьями шурша.
И ни о чем я больше не жалею,
Осенний блюз поет моя душа.
Я ухожу в осеннюю небрежность,
Немного грусти пробуя на вкус.
Кленовый лист задумчиво и нежно
Кружится в вальсе, падая на куст.
Я ухожу в осеннюю аллею,
И пусть напиток осени не мед.
Я каждый раз от осени хмелею;
Не от вина, а от ее красот.
Февраль. Фонари как всегда утопают во тьме.
А в городе снег все такой же прозрачно-синий.
Ты чувствуешь слабость, но Мир вдруг отрезал: «Не смей!
«Ты разве забыла, что ведьма должна быть сильной?»
Легла на ковер, потянулась, закрыла глаза.
… и так надоело во всем и всегда быть первой.
Гадала на принца, но Мир, усмехаясь, сказал:
«Ты разве забыла, что ведьма должна быть стервой?»
Полночи без снов, а с рассветом почти что без сил
Открыла глаза, ненавидя людей и утро.
Ты злилась на солнце, а Мир беззаботно спросил:
«Ты разве забыла, что ведьма должна быть мудрой?»
Дороги и тропы истоптаны черным котом.
А в городе дождь и промерзлая эта слякоть.
Шутила сквозь слезы, когда я напомнил о том…
«Ты разве забыла, что ведьмы умеют плакать?»
Осень баловница в лужи загляделась,
Гроздьями рябины сочными зарделась.
Хороша, чертовка! Подмигнув лукаво,
Села шить обновку – к свадьбе покрывало.
Лоскуток зелёный, жёлтый и багряный,
С крапинками охры, золотой, румяный.
Зачерпнула сини, всполохов зарницы,
Облаков пушистых, зёрнышек пшеницы.
Нежной паутинкой вышила цветочки,
Бусины-дождинки нанизав цепочкой.
Красота! Чудесно! К свадьбе всё готово,
Остаётся только жениху дать слово.
С Ветром обвенчаться девица согласна.
Он жених завидный: вольный, буйный, страстный.
Всё дарил подарки, нежности и ласки,
Словно королевич из волшебной сказки.
Рассмеялась Осень грозовым раскатом,
Закружилась в танце дождиком стаккато,
Тихим переливом зазвенела тонко…
Усмехнулся Ветер: «Ты совсем девчонка»!
Любите женщину за грусть,которую от Вас скрывает.
За то,что рядом с нею груз проблем быстрее убывает.
Любите женщину за ум,который и велик и скромен.
За детского веселья шум рассветным утром в Вашем доме.
Любите женщину за ночь,которую она Вам дарит,
И за желание помочь,когда смертельно Вы устали.
Любите женщину за лесть,ласкающую ваши уши.
И за бесценный дар небес-сарказмы терпеливо слушать.
Любите в женщине мечту и интригующую тайну.
Не унижайте красоту упрёком,брошенным случайно.
Любите в женщине протест,как любит слабых победитель.
и просто так...за то,что есть она у вас-её любите!!!
Где вы, где вы, мужики, притаились,голубки?
Долго вас ещё искать, да все в девках куковать?
Отзовитесь, мужики! С предложением руки.
Обращаюсь к вам всерьёз, только где вы, вот вопрос!
Этот спился, этот - сник, этот в сорок, как старик.
Этот - злющий, как кобель, тот беспечный, как Апрель.
Этот молод, этот стар. Этот на словах - гусар.
А на деле - крохобор и плешив, как мухомор!
Этот - беден, тот - богат. Да, пожалуй, толстоват,
И к тому же, ростом мал...
Где ты, где ты, идеал?
Есть один, что лучше всех, да женатый, как на грех!...
Если есть ещё один, - ОТЗОВИТЕСЬ, ГОСПОДИН!
Я-тишина,но не твоя....Твоё-безумство я и ярость...Подарок я,но не тебе,Тебе-я дорого достанусь....Лекарство я,но не твоё,Тебе я стану каплей яда.Я-чей-то рай,но для тебя я буду пламенем из ада...
Про год – забыла, дата стерта,
Но помню – в первый день Весны
Кикимора влюбились в Черта,
Глядеть смешно со стороны!
Предмет любви был парень мудрый
И заявил своим друзьям:
- Да чтоб я жил с такой лахудрой?
Пошла она ко всем Чертям!
В кругах Нечистых чутки ушки –
Молва вошла в свои права:
Влюбленной донесли подружки
Про эти Чертовы слова.
Весть разнеслась по лесу звонко,
Достигла и краев иных,
И пригорюнилась бабенка –
Ну, нету шансов никаких!
Но вы не знаете Кикимор!
И вот, изволите взглянуть, –
Торжественно плывет по миру,
Наполнив силиконом грудь.
На морде сделаны подтяжки,
Шикарнейший разлет бровей,
А ляжки! Ох, какие ляжки
Хирурги сотворили ей!
На ней все выглядело стильно,
Не баба – прямо натюрморт!
Стройна, лукава, сексапильна,
И на такую клюнул Черт!
- Женюсь! Женюсь! И не иначе!
Мне жизнь без Кики – маята!
Теперь вы поняли, что значат
Весна, Любовь и Красота.
Идет операция. Слышен трагический голос больного:
- Доктор, я кажется, не уснул.
- Да быть того не может!
Доктор увлеченно продолжает оперировать.
- Доктор, честное слово, я не сплю.
- Да бросьте вы!
Доктор делает надрез.
- А-а-а! Больно!
- Смотри ты, и вправду не уснул.
- Я же вам говорил.
- Ну и молчите себе в тряпочку... с хлороформом. Кстати, дайте ему еще.
- Кайф!.. Доктор, а еще можно?.
- Можно.
- Кайф!.. А еще?
- Можно. Дайте ему киянкой по лбу...
Бум!!!
- Дикий кайф!.. А еще киянкой можно?
- Хватит с вас, а то быстро привыкнете.
- Доктор, ну как там? Это опасно?
- Больной, вы мне мешаете.
- Я могу и уйти.
- Нет уж, останьтесь. Ничего опасного нет. Пуля прошла навылет, не
задев жизненно важных центров. Кстати, что за кретин в вас стрелял?
- Почему кретин?
- Так разве ж так стреляют! Чуть выше надо брать, и левее, левее...
- Все очень просто, доктор. Лежу я поздно вечером с женщиной в постели,
никого, кроме женщины, не трогаю, и вдруг, БУМ! БАХ! муж пришел.
- А! Значит, муж стрелял?
- Какой там! Слушайте дальше. Значит, лечу я с балкона, никого не
трогаю, и вдруг, БУМ! БАХ! падаю на любимую собаку участкового
милиционера.
- Ага, значит, участковый стрелял.
- Он,
конечно, стрелял, но попасть ни разу не попал. Значит, бегу я себе
голый по улице, бегу, никого не трогаю. И вдруг, БУМ! БАХ! слышу, сзади
кто-то догоняет. Оказалось, маньяк-убийца на сексуальной почве.
- Неужели, он стрелял?
- Нет, этот всего лишь меня ласково душил. Хорошо, рядом рокеры на
мотоциклах развлекаться ехали. Мы с этим маньяком три квартала от них
убегали.
- Так эти, что ли, стреляли?
- Да что вы! Это же дети, шалуны. Правда, бедного маньяка насмерть все-таки задавили.
- Ну а вас-то когда, наконец, пристрелят?
- А вы слушайте. Значит, забегаю я, от греха, в коммерческий магазин,
пытаюсь натянуть первые попавшиеся штаны и вдруг, БУМ! БАХ! выскакивает
сторож...
- Стрелял?
- Нет, отстреливался. Потому как тут же за мной в магазин ворвались рекетиры.
- Рекетиры, значит, стреляли?
- Зачем им стрелять, они положили нас на живот и действовали
паяльником. Хорошо, сторож перед смертью успел признаться, что я здесь
ни при чем. Меня и отпустили. Вышел, и прямо на встречу красивая
девушка из интуристовской гостиницы выходит. А я, как назло, одеться не
успел. Она достает из сумочки пистолет и БУМ! БАХ!
- Попала?
- Попала, и не раз, только пистолет у нее был газовый, нервно-паралитического действия.
- Так кто же в вас, черт возьми, тогда дырку сделал?
- Значит, прихожу я под утро домой к жене, голый, с синей от побоев
рожой, да еще под газом. Никого трогать не собираюсь, и тут, БУМ! БАХ!
выскакивает тесть с двухстволкой.
- Попал?
- Да...
- Ну наконец-то!
- Жене пыжом в зад.
- Слушайте, больной, я на вашем месте после этого пошел бы и застрелился.
- Так а почему вы думаете, я здесь у вас лежу?!....
Лента событий
